Судьбы

9 февраля 2012 - Администратор
Опубликовано в журнале: Нева 2007, 4.
Руслан Абасалиев.
Военные коменданты Петергофа.
Петергоф, основанный Петром Первым, уже при его жизни стал парадной императорской резиденцией, для охраны которой стали привлекаться гвардейские полки. При Анне Иоанновне здесь впервые стали проводиться военные смотры различных воинских частей, прибывавших в Петергоф из мест своего квартирования. Эти войска временно размещались в домах обывателей, в казенных домах, в палатках и иногда даже во дворцах. Так, Павел Первый указом от 19 мая 1799 года повелел: «…состоящий в Петергофе в аглицком саду дом со всеми к нему принадлежностями, строениями и флигелями отдать под жительство военных команд…»[1]
При императоре Павле управляющий Петергофом совмещал и должность военного коменданта, а на время пребывания двора особо назначались и военный губернатор, и комендант. Так, находясь в Петергофе летом 1798 года, Павел I назначил военным губернатором своей летней резиденции своего сына, великого князя Константина Павловича, а комендантом – генерала Михаила Обрескова.
Только при императоре Николае I стали строиться постоянные каменные казармы для полков, квартировавших в Петергофе, в его царствование были построены казармы для гвардейских уланского и конно-гренадерского полков. В начале XX века были построены казармы для лейб-гвардии драгунского, 148-го пехотного Каспийского, собственного его императорского величества сводного пехотного полков и казармы для собственного его императорского величества конвоя.
Многие полки специально прибывали в Петергоф, где в присутствии императора и членов императорского дома отмечали свои юбилеи и полковые праздники. Со времен Александра I в Петергофе ежегодно размещались и летние лагеря военно-учебных заведений Российской империи.
Вопросами организации повседневной жизни военного Петергофа ведал военный комендант города, а само комендантское управление находилось в общем составе Управлений войск гвардии и Петербургского военного округа.
Должность коменданта была достаточно престижной и в большей степени представительской: помимо решения повседневных дел, комендант отвечал и за организацию торжественных караулов при посещении города царской семьей и различными иностранными делегациями, принимал участие в обеспечении безопасности императорской семьи и высоких гостей, при их нахождении в Петергофе. На эту должность всегда назначались лица, лично известные императору и пользующиеся его полным доверием, обычно это были генералы, уже прослужившие много лет в армии, участвовавшие в военных кампаниях, награжденные многими орденами. Место военного коменданта было для них обычной синекурой – тихая, спокойная, хорошо оплачиваемая должность в императорской резиденции рядом со столицей, близость к высшему свету и к императорской семье. Некоторые военные коменданты в свое время служили или числились на службе в полках Петергофского гарнизона, как, например, бывший командир лейб-гвардии уланского ея величества полка генерал – Сергей Прокофьевич Червонный, прослуживший в полку более десяти лет и в 1894 году, назначенный военным комендантом Петергофа, но продолжавшийся числиться в своем полку.
Среди военных комендантов Петергофа было немало примечательных личностей, таких, как почетный гражданин Петергофа Александр Васильевич Фрейганг и первый военный министр Болгарии Петр Дмитриевич Паренсов. А в судьбе последнего военного коменданта – князя Авраама Георгиевича Вачнадзе – отразились многие трагические события двадцатого века.
Фрейганг Александр Васильевич.
Александр Васильевич Фрейганг, из дворян Петербургской губернии, родился 21 февраля 1821 года в семье дипломата и тайного советника. По окончании Пажеского корпуса зачислен в лейб-гвардии драгунский полк. Военная карьера молодого прапорщика начиналась весьма удачно: прослушав курс наук в Императорской военной академии, он переводится в Генеральный штаб, некоторое время служит в Царстве Польском, затем его командируют в Пруссию для решения некоторых вопросов, связанных с организацией войск. Возвратившись из командировки в июле 1847 года, А.В. Фрейганг назначается старшим адъютантом по части Генерального штаба, а в следующем году переводится на службу в Отдельный Кавказский корпус, в котором и начинается его долгая пятнадцатилетняя служба на Кавказе.
Находясь в составе отряда генерал-адъютанта князя Аргутинского-Долгорукого, А. Фрейганг участвует в делах против Шамиля и Хаджи-Мурата, за отличие производится в подполковники, в экспедиции Дагестанского отряда князя Орбелиани отражает турецкие атаки под Ахалцыхом, впоследствии принимает участие во многих боях с турецкими войсками. В сражениях полковник Александр Фрейганг получает и ранения, и награды. За отличие, проявленное при штурме укреплений на высотах Гарух-Меэр, при взятии Анцухской крепости Ганыпы-Геп и штурме аулов Токих, Гениатсия, Китури и Цибаро: А.В. Фрейганг награждается золотым оружием с надписью: «За храбрость».
Но боевая служба заканчивается, в июле 1861 года А.В. Фрейганг за отличие в делах с горцами производится в генерал-майоры с зачислением по армейской пехоте и по военно-учебным заведениям, а в октябре того же года назначается директором 2-го Московского кадетского корпуса. Через шесть лет, в ноябре 1867 года, генерал Александр Фрейганг назначается Красносельским комендантом, а 25 февраля 1869 года он переводится на должность военного коменданта Петергофа.
Прослужив несколько лет в Петергофе, А.В. Фрейганг решил поселиться в нем окончательно и в конце 1873 года приобретает земельный участок у Софьи Александровны Кильштед, находившийся сразу же за парком Александрия на Санкт-Петербургской улице, но через несколько лет продает свой участок казне для устройства в нем птичника фермы Александрия. (В настоящее время на этом участке расположен построенный в послевоенное время дом № 9 по Санкт-Петербургскому проспекту.)
30 августа 1874 года А.В. Фрейганг производится в генерал-лейтенанты, а в марте 1885 года назначается начальником петергофского военного госпиталя с оставлением в прежней должности, спустя три года он получает чин генерала от инфантерии. В 1894 году А.В. Фрейгангу за 25-летнюю «беспорочную» службу в должности военного коменданта было присвоено звание почетного гражданина города Петергофа; скорее всего, это звание было лишь знаком признательности со стороны городских властей.
Почетный гражданин города Петергофа, генерал от инфантерии, кавалер многих российских и иностранных орденов, Александр Васильевич Фрейганг скончался 28 июля 1896 года в Риге, его тело было привезено в Петергоф и захоронено на городском Свято-Троицком кладбище. В советское время кладбище было разрушено, могила А.В. Фрейганга не сохранилась.
Паренсов Петр Дмитриевич.
Петр Дмитриевич Паренсов родился в 1843 году, воспитывался в Пажеском его величества корпусе, по окончании которого был выпущен в лейб-гвардии Гатчинский полк, в котором, впрочем, служил недолго. Через шесть лет штабс-капитан Петр Паренсов окончил курс Академии Генерального штаба по первому разряду и был назначен на службу в штаб войск гвардии и Петербургского военного округа, с которым будет связана практически вся его дальнейшая служба.
В 1869 году капитан Паренсов был командирован в Уральскую область и принял участие в усмирении беспорядков киргизской степи, за что награжден орденом св. Анны 3-й степени с мечами. В Перми Павел Дмитриевич Паренсов часто гостил в доме Павла Павловича Дягилева, отца известного организатора Русских сезонов в Париже Сергея Дягилева. В последующие годы Паренсов служил штаб-офицером для особых поручений при главнокомандующем войсками гвардии и Петербургского военного округа великом князе Николае Николаевиче-старшем, а с началом русско-турецкой войны перешел в распоряжение главнокомандующего и в декабре 1877 года был направлен в Румынию для сбора сведений о турецких войсках, располагавшихся в Болгарии. Выбор был далеко не случаен, ведь Паренсов был лично известен великому князю как исполнительный и грамотный офицер, подготовленный к серьезной и ответственной работе, в совершенстве владеющий французскими и немецкими языками. «Мне было 32 года, я был полковник Генерального штаба, здоров, бодр, учился у Н.Н. Обручева, М.И. Драгомирова, Г.А. Леера, всегда мечтал о войне, готовился к ней и, наконец, вижу ее приближение!»[2]
По заграничному паспорту на имя вологодского помещика Паренсова он поселился в Бухаресте и в короткое время смог создать сильную агентурную сеть. По всей Болгарии были разосланы агенты, наблюдавшие за расположением и передвижением турецких войск и сообщавшие эти сведения в Бухарест. Особую помощь Паренсову оказали староста скопческой общины Алексей Матюшев и Евлогий Георгиев, «холостой миллионер, ревностный патриот, можно сказать, патриарх болгарский, Евлогий был безвозмездным банкиром всего болгарского движения… Ни одно какое-либо серьезное предприятие, клонящееся к улучшению быта в Болгарии без Евлогия не обходилось…»[3] По рекомендации Евлогия Георгиева к работе был привлечен и Григорий Дмитриевич Начович, который «имел большие связи и знакомства по обе стороны Дуная, был неисчерпаем в изобретении способов и уловок добывать сведения и сделался моим ближайшим помощником, правой рукой и продолжал свою деятельную работу до перехода нашей армии через Дунай» [4].
В течение семи месяцев П. Паренсов производил разведку о силах и расположении турецких войск, секретно путешествуя по Румынии и Болгарии. В этой работе полковник Паренсов активно и успешно использовал славянофильские настроения в Болгарии; положительную роль сыграла и многолетняя пропаганда, проводимая Славянским благотворительным обществом в Петербурге, членом которого он состоял. В России идея защиты славян от турецкого правительства всегда была привлекательна и находила множество защитников во всех государственных и общественных сферах.
Паренсов, проживая в Бухаресте, лично руководил сбором сведений обработкой полученной информации, которую затем передавал в русское консульство. «Отправляя моих агентов, я всегда давал им словесные указания, причем, конечно, приходилось читать целые лекции разных военных наук и прорепетировать урок. Давать письменные инструкции было весьма опасно, во-первых, для самого посланного, против которого инструкции служили бы явной уликой, а во-вторых, и для дела, обнаружив неприятелю предметы и пункты, на которые мы обращаем внимание» [5]. В течение зимы 1876–1877 годов передавались полные и достоверные сведения о передвижениях и количестве турецких войск в Болгарии, кораблях и минных заграждениях на Дунае, о расположении продовольственных магазинов и укреплений противника. Для уточнения полученных сведений полковнику Паренсову по консульскому паспорту приходилось выезжать и в турецкую Болгарию. К сожалению, многие донесения Паренсова из-за неразберихи и откровенно халатного отношения к ним просто терялись в главной квартире русских войск. Примером может служить тот факт, что в свое время Паренсов выслал в главную квартиру рисунки форм обмундирования турецких и румынских войск. Рисунки до главнокомандующего великого князя Николая Николаевича-старшего просто не дошли, так как помощник начальника полевого штаба генерал К. В. Левицкий оставил их себе, чтобы составить красивый альбом и затем поднести его великому князю. В результате русские не могли определить, где союзник — румынские, а где противник — турецкие войска. В своих воспоминаниях Паренсов упоминает о своих достаточно сложных и непростых взаимоотношениях с командованием, говорит и об интригах против него, приведших к охлаждению взаимоотношений с великим князем, ранее благоволившим к нему. Полковник Паренсов был всегда близок к высшему командованию, делал хорошую военную карьеру, был самолюбив и любое снижение внимания к себе воспринимал очень болезненно.
С открытием военных действий за Дунаем Паренсов вернулся на русскую службу и был назначен начальником штаба Кавказской казачьей дивизии.
Паренсов был блестящим организатором, при оставлении города Ловчи именно по его предложению был проведен целый ряд мероприятий по обороне города «…организовали мы караулы из местных жителей, городскую стражу, учредили городские караулы, снабдили их оружием, отобранным нами, да и самими болгарами от турок, произвели выборы местных властей при посредстве всеобщей подачи голосов, одним словом, устроили в городе самоуправление и самоохранение» [6].
Под начальством генералов М.Д. Скобелева, князя А.К. Имеретинского и И.В. Гурко полковник П. Паренсов участвовал во многих сражениях. В деле под Плевной 18 июля 1877 года полковник Паренсов, как офицер Генерального штаба, командовал батальоном Курского полка, был дважды контужен, при штурме правецких укрепленных позиций вновь получил сильную контузию. За боевые отличия в этой кампании он был награжден орденами св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом и 3-й степени с мечами, золотым оружием и чином генерал-майора.
Организаторские способности П.Д. Паренсова были замечены, и в марте 1879 года командующий оккупационными восками в Болгарии князь А.М. Дондуков-Корсаков предложил ему место будущего военного министра Болгарии. Через месяц, когда на престол созданного Болгарского княжества был избран Александр Баттенберг, Паренсов дал свое согласие, уволившись из русской службы «по прошению».
«Высочайше утвержденными 24 апреля 1879 года правилами русским офицерам и нижним чинам, оставшимися на службе в Болгарии, были представлены следующие права: при поступлении на службу в болгарские войска русские офицеры исключатся из русской службы, но сохраняют все права этой службы и могут во всякое время возвратиться в свои части, где они сохраняют линию старшинства и производятся в следующие чины по сравнению со сверстниками. Командовавшие отдельными частями в Болгарии по возвращении в Россию зачисляются кандидатами на таковые же должности, но лишь соответствующие им чинам. Беспорочная служба в болгарских войсках засчитывается русским офицерам к праву на производство в следующий чин, на получение мундира при увольнении в отставку и к пользованию покровительством Александровского комитета о раненых, а также к выслуге пенсии из государственного казначейства» [7].
Русские войска были выведены из Болгарии, и новое военное министерство сразу же приступило к формированию болгарских вооруженных сил. Но у военного министра сразу же не сложились отношения с князем Баттенбергским из-за титулования последнего. Князь потребовал, чтобы его титуловали «Его Высочеством», хотя в конституции Болгарии ясно указывался титул «Его Светлость», отказ военного министра исполнить требование князя вызвало явное неудовольствие и раздражение последнего. Не согласен был П. Паренсов и со многими решениями Баттенберга относительно организации болгарской армии. К тому же князь, несмотря на свои родственные связи с российским императорским домом, он приходился родным племянником императрицы Марии Александровны, был сторонником союза Болгарии с Австрией и Пруссией. Дальнейшее пребывание генерала в должности военного министра оказалось невозможным, и приказом от 29 марта 1880 года генерал Петр Дмитриевич Паренсов был отозван из Болгарии с последующим зачислением на русскую службу.
Однако напряженная работа и контузии сказались на здоровье Паренсова, и последующие три года он находился на лечении, после которого еще пятнадцать лет прослужил в Варшавском военном округе, занимая различные командные должности. 
В это время Петр Дмитриевич начинает публиковать свои воспоминания о войне 1877–1878 годов и о первом годе самостоятельного существования Княжества Болгарского под общим заглавием «Из прошлого» («На войне», «Ужасные дни», «Затишье» и «В Болгарии»), получившие Макарьевскую и Ахматовскую премии Императорской академией наук. Публикуется Паренсов и в «Русском инвалиде», «Голосе правды», «Военном сборнике», «Русской старине» и «Новом времени».
Возраст и состояние здоровья давали о себе знать, и с 1902 года уже генерал от инфантерии Петр Дмитриевич Паренсов был назначен в распоряжение военного министра, а в январе 1906 года назначен петергофским военным комендантом. Новая должность никаких забот заслуженному генералу не доставляла, а необходимость присутствия на многочисленных парадах и торжествах лишь подчеркивала высокий статус коменданта. Так, «7 августа, в Большом Петергофском дворце, в Петровском зале, в 7 (?) часов вечера, состоялся парадный обед в честь чрезвычайного великобританского посла фельдмаршала графа Робертс. ‹…› Сидели адмирал Ноэль, военный министр генерал от кавалерии Сухомлинов, военный великобританский агент Уиндгам, генерал от инфантерии Паренсов…» [8].
Заслуженный генерал, известный военный писатель уделяет много времени и общественной деятельности, он состоит председателем Славянского благотворительного общества, членом Императорского военно-исторического общества, Общества ревнителей русского исторического просвещения в память императора Александра III, Общества ревнителей военных знаний, Окраинного общества и Галицкого общества. За свою более чем полувековую службу генерал Петр Паренсов был награжден многими российскими и иностранными орденами, в том числе и орденом Александра Невского и бриллиантовыми знаками к нему. В Болгарии город Ловча избрал его своим почетным гражданином, а городское управление Софии назвало его именем улицу, существующую до сих пор.
В 1914 году генерал от инфантерии военный комендант Петергофа Петр Дмитриевич Паренсов был уволен в отставку и в августе того же года скончался. Выяснить, где находится захоронение Паренсова П.Д., пока не удалось.
Вачнадзе Авраам Георгиевич.
Последним комендантом Петергофа был князь, генерал-лейтенант Авраам Георгиевич Вачнадзе. Род князей Вачнадзе дал России целый ряд видных и государственных военных деятелей. «В числе их были: генерал-майор Авель Иванович Вачнадзе (служил в первой половине XIX века), генерал-лейтенант Авраам (Бало) Георгиевич Вачнадзе (1853–1941), генерал-майор Михаил Александрович Вачнадзе (1952–1938), генерал-майор Константин Иванович Вачнадзе (1856–1914) ‹…› Из этого рода вышли также офицеры российской армии – майор Кайхосро Захарьевич Вачнадзе (1790 – до 1837), поручик Каплан Николаевич Вачнадзе (1839–1910) и его сын, штабс-капитан Давид Капланович Вачнадзе (1870–1924)» [9].
В первом томе книги В. А. Гущина «История города Петергофа и его жителей», в главе «После отречения – до октября 1917» рассказывается: «В те же дни (конец февраля.- Р. А.) матросами военной гавани был арестован у гостиницы «Самсон» петергофский военный комендант ген.-л. князь Авраам Георгиевич Вачнадзе». В. Гущин ссылается на воспоминания бывшего радиста военной гавани В.М. Иванова, который писал, что «как только Вачнадзе проявился на своей пролетке у гостиницы «Самсон», он был арестован и на своей же лошади доставлен в гавань. С ним были жена и две дочери. ‹…› Через несколько минут прибыла грузовая машина с командой шоферов, и князь Вачнадзе был отправлен в Петроград. ‹…› Передавали, что когда князя подвезли к Стрельне, то контрреволюционные офицеры, чтобы преградить путь следования и освободить его, открыли стрельбу из дач. Тогда сопровождавшие шофера убили князя» [10]. В исторической литературе годы жизни А. Вачнадзе указываются «(1854–1917 ?)» [11], и знак вопроса говорит о том, что его дальнейшая судьба неизвестна.
Последний военный комендант Петергофа Авраам Георгиевич Вачнадзе родился в 1853 году, образование молодой князь получил в Михайловской воронежской военной гимназии и 1-м Павловском военном училище, а службу начал в лейб-гвардии Павловском полку. В дальнейшем А. Вачнадзе командовал ротой, батальоном, полком, служил в Польше, Курске, Харькове. Принимал участие в русско-турецкой войне 1877–1878 годов, за проявленное отличие и мужество был награжден орденами св. Станислава 3-й степени и св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом.
Служба шла успешно, но в 1897 году князь стрелялся на дуэли и тяжело ранил противника. Пришлось уйти в отставку, которая, впрочем, была недолгой. Через четыре года полковник А. Вачнадзе возвратился на военную службу, а еще через четыре года получает в командование 29-й пехотный Черниговский генерал-фельдмаршала графа Дибича-Забалканского полк.
С началом русско-японской войны полковник А. Вачнадзе добровольно отправился на Дальний Восток, в боях с японцами получил тяжелое ранение и долго находился на лечении, по окончании которого в мае 1906 года был назначен командиром 2-й бригады 31-й пехотной дивизии, через два года получает чин генерал-майора.
Генерал Вачнадзе был лично известен Николаю II, который высоко ценил боевые заслуги князя и его преданность престолу. Император был крестным отцом старшего сына князя – Георгия, а одну из дочерей князя крестила императрица Мария Федоровна.
Приказом Николая II генерал-майор князь Авраам Георгиевич Вачнадзе 31 декабря 1913 года был назначен военным комендантом Петергофа и вместе с семьей поселился на Александринской улице в доме № 23, возле манежа лейб-гвардии уланского полка.
Примечательно, что параллельно с военной службой А. Вачнадзе занимался и коммерческой деятельностью, в 1914 году он учредил в Санкт-Петербурге «Товарищество по продаже русского виноградного вина», которое вывозило в Россию вино «Карданах», изготовленное в княжеском имении, а в Тифлисе князь возглавлял общество виноделов «Иверия». Князь был страстным охотником и состоял действительным членом Императорского военного общества охоты, сохранился членский билет № 27 за 1917 год, выданный генералу А. Вачнадзе.
С началом Первой мировой войны военному коменданту пришлось решать многочисленные вопросы, связанные с отправкой полков гарнизона на фронт, с мобилизацией и обучением запасных, организацией различных тыловых учреждений. В годы войны в Петергофе находились многочисленные воинские части: 3-й запасный пехотный полк, гвардейский запасной артиллерийский дивизион, автомобильная рота, авторемонтные мастерские Северного флота, школы прапорщиков, военный госпиталь, лазареты, различные интендантские, ветеринарные и другие службы.
В сентябре 1914 года по инициативе князя А. Вачнадзе в Петергофе, в здании офицерского корпуса лейб-гвардии драгунского полка был устроен лазарет на 100 коек для нижних чинов, получивших ранения на фронтах Первой мировой войны.
Князь А. Г. Вачнадзе был убежденным монархистом и даже после отречения императора Николая II от престола сохранил верность присяге, а на предложение председателя Временного правительства А.Ф. Керенского остаться на своей должности генерал ответил категорическим отказом и отказался принимать присягу новому правительству.
Но вернемся к событиям 1917 года. К счастью, судьба оказалась благосклонна к Аврааму Вачнадзе. Подоспевшие офицеры разогнали матросов и освободили военного коменданта, который вместе с семьей выехал в Грузию. По семейному преданию, он даже отказался снять свою генеральскую форму и ордена, что требовало незаурядной отваги и мужества, ведь в то безумное время даже ношение простой офицерской шинели могло стоить жизни ее владельцу. На родине имение князей Вачнадзе Карданах было разграблено и сожжено, и князь с семьей поселился в Тифлисе, в семье близких друзей, в доме которых прожил еще много лет. Репрессии сталинского времени обошли старого генерала, его дочь Софья была замужем за Сергеем Кавтарадзе, другом юности Иосифа Сталина, да и сам генерал старался не рассказывать о своем прошлом.
Последний военный комендант города Петергофа, генерал Авраам Георгиевич Вачнадзе скончался в феврале 1941 года на 88-м году жизни и был похоронен на родовом кладбище.
Князь Вачнадзе воспитал достойных детей. Сыновья – Георгий и Федор – продолжили семейную традицию, оба стали военными, приняли участие в боях Первой мировой войны.
Георгий Вачнадзе, заслуженный боевой офицер, награжденный за храбрость несколькими боевыми орденами, сохранил верность монархии, после падения которой воевал в Добровольческой армии А. Деникина. В начале 1920-х годов вернулся в Тбилиси, проживал у младшей сестры, но в 1929 году был арестован, сослан в сибирские лагеря, где и скончался в 1944 году. Федор Вачнадзе, штабс-ротмистр 17-го гусарского Черниговского полка, за проявленное в боях отличие высочайшим приказом от 24 января 1917 года был награжден Георгиевским оружием, остался жить на родине, в начале тридцатых годов скончался от туберкулеза.
Дочери А. Вачнадзе – Софья и Тамара – окончили Смольный институт, в Первую мировую войну работали медицинскими сестрами в госпиталях, в дальнейшем проживали в Москве и в Грузии.
В настоящее время в Тбилиси проживают потомки последнего военного коменданта Петергофа. Внук генерала, Николай Георгиевич Черкезишвили, является крупным специалистом международного права, до последнего времени был заместителем председателя Конституционного суда Грузии. А в Петербурге проживает правнук А. Вачнадзе – режиссер и актер М.Г. Жваниа, который согласился предоставить для этой публикации некоторые материалы.
Литература.
[1] Глезер Е.Н. Архитектурный ансамбль Английского парка. Л., 1979. С. 90.
[2] Паренсов П.Д. Из прошлого (Воспоминания офицера Генерального штаба) // Русская старина. СПб., 1899. Т. 97. Книга I. С. 110–111.
[3] Русская старина. 1899. Т. 97. Книга II. С. 353.
[4] Русская старина. 1899. Т. 97. Книга II. С. 353.
[5] Там же. С. 133.
[6] Русская старина. СПб., 1899. Т. 99. Книга IX. С. 637.
[7] Овсяный Н.Р. Болгарское ополчение и земское войско. СПб., 1904. С. 83–84.
[8] Кронштадтский вестник. 10 августа 1910 года.
[9] Грузины под российским флагом. Тбилиси, 2003. С. 92–93.
[10] Иванов В.М. Из воспоминаний бывшего радиста военной гавани // Русское прошлое. СПб., 1993. С. 14–15.
[11] Гущин В.А. История Петергофа и его жителей. СПб., 2001. Кн. 1. С. 112.
Комментарии (2)
Администратор # 3 марта 2016 в 15:31 0
Самая большая ошибка - это пренебречь русскими. Посчитать русских слабыми. Обидеть русских. Никогда не обижайте русских. Русские никогда не бывают так слабы, как вам кажется. Не дай Бог изгнать русских или отобрать что-то у русских. Русские всегда возвращаются. Русские вернутся и вернут своё. Но когда русские возвращаются, они не умеют рассчитать силу и применить её пропорционально. Они уничтожают всё на своём пути. Не обижайте русских. Иначе, когда русские вернутся на землю, где похоронены их предки, то живущие на этой земле будут завидовать мёртвым.
Герман Садулаев.
Администратор # 5 марта 2016 в 22:09 0
«Бойтесь разбудить Русского! Вы не знаете, чем кончится для вас его пробуждение.
Вы можете втоптать его в грязь, смешать с дерьмом, насмехаться, унижать, презирать, оскорблять. И в тот момент, когда вам покажется, что вы победили русского, уничтожили, ошельмовали на веки вечные, стёрли в порошок — вдруг произойдёт что-то необыкновенное, удивительное для вас.
Он придёт к вам в дом. Устало опустится на стул, положит на колени автомат и посмотрит в глаза. Он будет вонять порохом, кровью, смертью, и это будет в вашем доме. Русский задаст вам лишь один вопрос: «В чём сила, брат?». Именно в этот момент вы тысячу раз пожалеете, что вы не брат русскому. Потому что брата он простит, а врага — никогда.
Французы помнят. Немцы знают. Русский живёт справедливостью. Западный обыватель — лживыми брифингами и лукавыми пресс-конференциями.
Пока жива в его сердце справедливость, Русский поднимется из грязи, из мрака, из ада. И вы ничего с этим поделать не сможете. Потому что сами русские ничего не могут с этим поделать уже не одну тысячу лет»
(Сергей Климкович).

← Назад

Интернет-проект "Честь имею"/Военный Петергоф. kaspiec.148@mail.ru. 8 (916) 509-01-59