Первая мировая война.

18 января 2014 - Администратор
article61.jpg

 Р.А. Абасалиев «История 148 пехотного Каспийского полка».

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА.
1914 год.
28 июня 1914 года в Сараево членом организации «Молодая Босния» Гаврилой Принципом были убиты наследник австрийского престола эрцгерцог Франц-Фердинанд и его супруга.
Для Германии и Австро-Венгрии это стало предлогом развязывания европейской войны. Австро-Венгрия разорвала дипломатические отношения с Сербией и объявила ей войну. В ответ Россия объявила всеобщую мобилизацию. Вечером 17 июля командованием 37-й дивизии была получена телеграмма о мобилизации, которая начиналась на следующий день. Дивизия вошла в состав 6-й армии, на которую возлагалась задача обороны Балтийского побережья и Санкт-Петербурга. В это время дивизией командовал генерал-лейтенант Андрей Менардович Зайончковский, а Каспийским полком — полковник Евгений Андреевич Искрицкий. Мобилизация дивизии была закончена к началу сентября и прошла успешно.
«Приказ по 37-й пехотной дивизии
№ 52
3-го августа 1914 г. С.-Петербург.
Ввиду завершения мобилизации мною были осмотрены части дивизии <…> 29-го июля полки 2-й бригады и 31-го июля артиллерия дивизии. Все осмотренные части готовы к выступлению в поход. По краткости мобилизационного периода запасные не успели еще вполне слиться со своими частями и в этом отношении необходима спешная и настойчивая работа. В строю среди призванных запасных встречается много длинных бород, что для похода неудобно и негигиенично.
В частности объявляю следующее:
148-й пехотный Каспийский полк.
По слаженности рот полк производит самое лучшее впечатление, запасные уже мало выделяются на фоне общего строя. Отлично представились: нестроевая рота, денщики и 4-й взвод дивизионного обоза; это показывает, что при мобилизации даже и второстепенные части полка были обставлены вполне заботливо. Пригонка снаряжения однообразна и хороша. Построение полка, шаг-равнение — отличны.
Начальник штаба 37-й пехотной дивизии
Полковник Соваж».
Сама 37-я пехотная дивизия вошла в состав XVIII-го армейского корпуса под командованием генерала Николая Федоровича Крузенштерна.
«Пехотная дивизия состояла из 4-х полков и артиллерийской бригады из 6-ти восьмиорудийных батарей, сведенных в два дивизиона; всего 16 батальонов, 32 пулемета и 48 легких 76-мм орудий. Кроме того, в дивизию входили: казачья сотня дивизионной конницы, парковая артиллерийская бригада из 3-х парков, саперная рота, дивизионный лазарет, два полевых госпиталя, дезинфекционный отряд и дивизионный обоз. Всего в дивизии по штатам состояло 18700 строевых и 2000 нестроевых и до 4300 лошадей. Каждый армейский корпус состоял обычно из двух пехотных дивизий и иногда из третьей второочередной дивизии. Корпусу придавались: саперный батальон, мортирный артиллерийский дивизион из двух 6-ти орудийных батарей (122 мм гаубицы), казачий полк (800 сабель) 2-й очереди корпусной конницы, корпусной авиаотряд (6 самолетов), отдельная телеграфная рота, продовольственный транспорт, подвижная хлебопекарня и корпусной госпиталь. Всего в корпусе нормального двухдивизионного состава с приданными частями и тыловыми учреждениями по штатам состояло: около 40000 строевых и 6000 нестроевых и до 10900 лошадей».
В самое короткое время в войну оказались вовлечены европейские державы; Германия и Австро-Венгрия объявили войну России.
По всей стране происходили патриотические манифестации, в столице отмечались антинемецкие настроения, Петербург кипел, но в Петергофе было как-то особенно торжественно и спокойно. Но вскоре патриотическая манифестация прошла и в Петергофе. «Вышли с развевающими флагами из ворот, с пением национального гимна. Направляемся к Старопетергофскому вокзалу, там задерживаемся, продолжая уже многогласно петь гимн и молитву “Спаси Господи Люди Твоя”. Сразу же образуется большая толпа — из подходящих поездов выходят не только здесь живущие люди, но и следующие дальше, но также присоединяющиеся к манифестации. От вокзала направляемся к близ расположенному лейб-гвардии Драгунскому полку. Отовсюду стекаются люди, оставившие домашние дела, а некоторые и профессиональную работу. Море флагов реет над колонной, с ее головы не видно хвоста, как от хвоста не видно головы колонны. Повернули в направлении к Новому Петергофу, миновали Знаменскую церковь <…> вот казармы Конно-гренадерского полка. Колонна подходит к входу в Верхний сад, к площади, на которой находится здание дворцового коменданта и городоначальника. Выходит почтенный генерал и произносит соответствующую речь. Затем направляемся далее по Романовскому проспекту, подходим к зданию гимназии и тут же к Петропавловскому собору. К колонне выходит его настоятель, и вся толпа молитвенно, склоняя колени, поет “Спаси Господи Люди Твоя”. Далее казармы лейб-гвардии Уланского Ее Величества полка, женская гимназия, и мы у Новопетергофского вокзала, на площади которого снова речи и пение гимна. Дворцовый комендант предлагает послать соответствующую телеграмму государю императору, а затем разойтись по домам». В столице проявления верноподданнического патриотизма вылились в многочисленные манифестации, закончившиеся диким разгромом германского посольства. Антинемецкие настроения были сильны и в царской резиденции, в которой проживало много немцев. Начальник императорской дворцовой охраны генерал А.И. Спиридович вспоминал: «Ко мне приехал один из состоявших при великом князе офицеров и попросил сведения о проживающих в Петергофе немцах и об их арестах. “А что же делает соответствующее отделение нашего Генерального штаба, — спрашивал я работавших целую ночь у меня в канцелярии офицеров. А знает ли оно, это отделение, что хозяином единственной приличной гостиницы в Петергофе «Самсон» уже 25 лет состоит немец? Что летом он справлял свой юбилей, на который из Петербурга приезжали чины немецкого посольства? А знает ли оно, что чуть ли не в каждом номере «Самсона» висит портрет Мольтке, Бисмарка или иного немецкого генерала? А знает ли ваше начальство, что постройкой железнодорожной ветки, что пойдет по берегу из Петербурга к Петергофу ведают немецкие инженеры? Ну, так вот и доложите кому следует у великого князя” — закончил я». На волне германофобии Санкт-Петербург был переименован в Петроград, а в Петергофе бульвар Эрлера переименовали в бульвар Сперанского (в честь генерала Сергея Ивановича Сперанского, бывшего управляющего Петергофом).
30 июля в Петергофе, в помещении городской ратуши, в присутствии начальника дворцового правления М.А. Лермонтова, его помощника П.Л. фон Миллера, военного коменданта князя А.Г. Вачнадзе, многочисленной публики и купечества был отслужен молебен о даровании победы всероссийскому доблестному воинству и союзным державам.
Сразу же был устроен и сбор пожертвований для семей запасных, который дал 722 рубля, на следующий день был образован попечительский комитет для призрения семей запасных чинов, призванных на действительную службу. В комитет были избраны представители городской администрации и купечества: П.Е. Егоров, В.Н. Новацкий, А.С. Адарич, В.П. Митюшин, А.М. Рябинин, Ф.Т. Барсуков, П.В. Вишняков и П.И. Баушев.
Первоначально XVIII-й корпус планировалось направить на Юго-Западный фронт, в 1-ю армию генерала П.К. Ренненкампфа, но согласно планам Ставки было решено образовать в районе Варшавы 9-ю армию под командованием генерала П.А. Лечицкого, поставив перед ней задачу в случае благоприятных условий наступать через Познань на Берлин. В состав этой новой армии и вошел XVIII-й корпус, который стал срочно перебрасываться под Варшаву. «4-го августа. Получено распоряжение подготовить дивизию к выступлению в поход на Варшаву. Отправка дивизии предполагалась в период времени с 15 августа». В XVIII-й армейский корпус входили: 23-я и 37-я пехотные дивизии, 16-й Оренбургский казачий полк, 29-я отдельная донская казачья сотня, 18-й мортирный артиллерийский дивизион, 18-й саперный батальон, 18-й корпусной авиационный отряд. Всего 32 батальона, 6 сотен, 64 пулемета, 96 орудий, 4 саперные роты и 6 самолетов. В Санкт-Петербургском военном округе началось развертывание и второочередных дивизий, из 37-й дивизии была развернута 74-я пехотная дивизия, в состав которой вошли 293-й Ижорский, 294-й Березинский, 295-й Свирский и 296-й Грязовецкий пехотные полки.
5 августа 1914 года штаб Юго-Западного фронта отдал приказ о переходе в решительное наступление против австро-венгерских войск. Началась Галицийская битва, развернувшаяся в Галиции и Польше на фронте свыше 400 км, и ставшая одним из крупнейших сражений Первой мировой войны между русскими и австро-венгерскими восками, в котором участвовало около 2 млн. человек и до 5 тыс. орудий.
10 августа развернулось встречное сражение. 4-я русская армия — генерала А. Е. Зальца от Люблина нацеливалась на Перемышль, имея задачей отрезать от Кракова австро-венгерские армии, а 5-я — генерала П.А. Плеве, способствуя в этом 4-й, выводилась из южной Холмщины на линию Мосциска — Львов. Главные же силы фронта — 3-я армия генерала Н.В. Рузского, и 8-я — генерала А.А. Брусилова, наступали на Львов.
Австрийские армии — 1-я — генерала В. Данкля и 4-я — генерала М. Ауффенберга — перешли в наступление на Люблин-Холмском направлении и, используя свое значительное превосходство, нанесли поражение 4-й и 5-й русским армиям под Красником и Томашевым, вынудив их отойти на Люблин, Холм и Владимир-Волынский. Русские армии отходили с тяжелыми боями, оказывая упорное сопротивление и стараясь всячески задержать продвижение противника. На остальных участках фронта — на реках Золотая и Гнилая Липа — русские войска, преодолевая сопротивление австрийцев, продвигаясь вперед, заняли Галич и Львов.
Поражение под Красником вынудило Ставку изменить планы и направить 9-ю армию в помощь 4-й. Перед генералом Лечицким были поставлены задачи: прикрыть пути на Вонвольницу и атаковать австрийские войска генерала Г. Куммера, занимавшие район Ополье. В ночь с 13 на 14 августа полки 37-й дивизии были посажены в поезда и срочно направлены в район Ивангорода.
Австрийские войска, заняв район Ополе — Ходель, укрепили свои позиции на фронте Ходлик — Тржебеша — Вронов. Использовав р. Ходель и целый ряд ручьев, текущих параллельно, австрийцы создали сильную, укрепленную полосу, в которой р. Ходель с укрепленными высотами южного берега являлась основной линией обороны. Все селенья, местные предметы и переправы были сильно укреплены; в некоторых местах запруды были спущены, а мосты разрушены, что создало непроходимые участки .
4-я армия, охваченная с обоих флангов, справа — на реке Ходель — группой генерала Г. Куммера, а слева — у Суходола — 10-м австро-венгерским корпусом генерала Мейкснера фон Цвейенштамма, продолжала стойко отбиваться, выжидая сосредоточения всего XVIII-го корпуса, расположившегося на правом фланге армии. 37-я пехотная дивизия, не успевшая полностью сосредоточить свои силы, оставалась в районе Корачевицы, прикрывая сбор остальных частей корпуса. 17 августа войска XVIII-го корпуса перешли в наступление. Попытки австрийцев перейти в контратаку против позиций 37-й дивизии были легко отбиты. К вечеру XVIII-й  корпус прочно занял 25-км фронт Ходлик — Поморже — Загроды — Лесничувка (23-я див.) — Крачевицы — Щучки (37-я див.), овладев плацдармами на южном берегу Ходеля.
Угроза окружения 4-й армии была снята, трофеями боев 17 августа стали 3 орудия и 10 пулеметов. В сражении на реке Ходель 148-й пехотный Каспийский полк вместе с другими полками своей дивизии получил первое в этой войне боевое крещение. «24-го августа. Каспийский полк взял с боя переправу у Будзыня <…> продвинуться дальше полкам не удалось. Встреченные сильным огнем австрийцев с укрепленной позиции южнее Будзыня и Комешице 25-го августа решено было начать атаку укрепленной позиции у Ходеля».
В следующие дни части корпуса вели подготовку к дальнейшему наступлению. Была проведена большая работа по тыловому обеспечению войск, артиллерийские склады были расположены в Ивангороде, в Вонвольнице и в Люблине. 22 августа все русские армии Юго-Западного фронта перешли в наступление, 9-я армия сразу же вступила в тяжелые бои, наступление велось очень медленно, австрийские войска упорно оборонялись, но, сломив сопротивление противника, русские вышли к австрийской границе и перешли ее.
«Приказ по 37-й пехотной дивизии
№ 165
д. Альфредовка
§ 1.  30-го августа сего года штаб вверенной мне дивизии, управление дивизионного интендантства, полки 145-й пехотный Новочеркасский императора Александра III-го, 146-й пехотный Царицынский, 147-й пехотный Самарский, 148-й пехотный Каспийский, 37-я артиллерийская бригада, дивизионный лазарет, 5-я и 6-я сотни 16-го Оренбургского казачьего полка, взвод 29-й отдельной Донской казачьей сотни и взвод 5-й сотни пограничной Сандомирской бригады перешли австрийскую границу у дер. Лонжек-Закликов.
Подлинный подписал
Начальник дивизии
Генерал-лейтенант Зайончковский».
20 августа в 6 часов утра XVIII-й армейский корпус перешел в наступление на участке 37-й дивизии с фронта Лесничувка — Щучки в общем направлении на Ходель для атаки восточного участка укрепленной позиции корпуса Куммера, прикрывавшей переправы через реку Ходель. В течение дня наступление 37-й дивизии развивалось успешно. После боя южнее деревни Крачевице Каспийский полк подошел к высоте 107, позиция противника была хорошо укреплена, и утром следующего дня, после интенсивной артиллерийской подготовки четырьмя гаубичными и восемью легкими батареями, полки 37-й дивизии перешли в наступление, и к 15 часам высота была взята. Успех этого дня заставил австрийцев очистить большую часть укрепленных позиций севернее Ходеля и отойти на вторую линию обороны, сжигая на пути отхода все деревни.
Каспийский полк вышел к реке Ходель, на которой австрийцы сделали запруды. Вода поднялась так высоко, что полковые разведчики не могли проникнуть на южный берег. Подтянув резервы, 9-я, 4-я и 5-я армии перешли в общее наступление. «На правом берегу Вислы левый фланг XVIII-го и весь XIV-й корпуса вели частное наступление для улучшения своего исходного положения. В XVIII-м корпусе 37-я дивизия, совместно с 1-й бригадой 46-й дивизии форсировала р. Ходель и овладела сильно укрепленным посадом Ходель, обороняемым 12-й австрийской дивизией. На следующий день эти части постепенно распространились на южном берегу реки и заняли положение для атаки укрепленных высот севернее Пушно Годовские — Гдов, куда отошли части 12-й австр. дивизии».
В последующие дни русские армии Юго-Западного фронта развивали наступление на австрийские позиции, которые были хорошо укреплены, имели несколько линий окопов, защищенных многими рядами колючей проволоки. В ходе дальнейших боев, носивших ожесточенный характер, русские войска продвигались вперед, сбивая с заранее укрепленных позиций уже деморализованного противника и захватывая большое количество пленных. Корпуса 9-й и 4-й армий продвинулись к рекам Висле и Нижнему Сану, пройдя за это время от 30 до 32 км. Но настигнуть 1-ю австрийскую армию, окончательно разбить ее или отрезать пути ее отхода за Сан преследующие армии не смогли, 1-я армия генерала Данкля продолжала организованный отход. Части 37-й пехотной дивизии у Радомысля и Жабно перешли через реку Сан, с боем заняли правый берег, сбили австрийцев с позиции у Збыднева и вышли на фронт Рожняны — Рейхсгейм — Воля Радонишовка. «23 и 24 августа на фронте 9-й и 4-й армий шли упорные бои. Храбрая армия Данкля, на стойкости которой был построен весь план австро-венгерского командования, оказывала отчаянное сопротивление». На линии реки Сан штаб Юго-Западного фронта решил остановить преследование австрийцев и остановить наступление.
В ходе сражений русские войска заняли Галицию и часть австрийской Польши, к 8 сентября была осаждена сильнейшая австрийская крепость Перемышль, а австро-венгерские войска отошли к Карпатам. Военная сила Австро-Венгрии — самого сильного союзника Германии — была подорвана. Русские армии угрожали вторжением в Венгрию и Силезию. Разгром Австро-Венгрии означал провал планов германского командования и свел на нет успехи немцев в Восточной Пруссии.
В Галицийской битве 148-й пехотный Каспийский полк принимал участие в следующих боях: 26 августа — бой на позиции Пушно Годовска — Гдов, 2 сентября — бой у Залешан, Майдана Збыдневского и Вульки Туребской, 5 сентября — на фронте Цыганы — Фольварк Буки — Кжижов Мосты, 6-го и 7- го сентября — бои в окрестностях Бабуле, Рейхсгейма и Воли Хоржеловской.
Угроза Верхней Силезии, важнейшему военно-промышленному району Германии, заставила германское командование в кратчайшие сроки перебросить1-ю австро-венгерскую и 9-ю германскую армии в район Ченстохова и Кракова для нанесения контрудара на Ивангород (совр. Демблин), то есть во фланг и тыл Юго-Западного фронта.
Планы австро-германских войск стали известны русскому командованию, которое под давлением союзников вновь запланировало вторжение в Германию, для чего Юго-Западный фронт перебросил 5-ю, 4-ю и 9-ю армии с реки Сан на север к Ивангороду и Варшаве. Арьергард 9-й армии — XVIII-й армейский корпус, был оставлен в Галиции, на него возлагалась задача обороны Галиции по реке Сан. В это время Каспийский полк нес сторожевую охрану на реке Висле и производил разведку сил противника.
«Приказ по 148 пехотному Каспийскому полку
от 28 октября 1914 г.
Вверенному мне полку сменить сегодня сторожевое охранение на р. Висла, выставленное Самарским полком. В сторожевой отряд назначаются 1-й и 3-й батальоны под начальством полковника Салькова.
Полковнику Салькову перебросить одну роту 3-го батальона на правый берег Вислы для смены находящейся там уже роты Самарского полка.
Полковнику Салькову, начальнику команды разведчиков назначить 10 разведчиков при старшем из числа уже производивших разведку на правом берегу Вислы.
Полковник Искрицкий».
Вскоре германские и австро-венгерские войска перешли в генеральное наступление. Началась Варшавско-Ивангородская операция. Наступление севернее Вислы началось 28 сентября. 1-я австро-венгерская армия прошла по нижнему течению реки Нида и двинулась на линию Сандомир — Опатов.
В ходе боев наступление немецких войск было остановлено, но перешедшие в наступление русские войска не смогли нанести поражение противнику, отошедшему на исходные позиции. В конце октября для австро-венгерских армий сложилось исключительно критическое положение, армии отступали по обоим берегам Вислы до линии Кракова, а частью и Карпатами юго-западнее Перемышля.
Наступательное движение войск с обеих сторон остановилось, что привело к стабилизации фронта. За успешное руководство войсками в этих операциях командующий 9-й армией генерал Лечицкий высочайшим приказом от 27 сентября был награжден Георгиевским оружием, украшенном бриллиантами, а 22 октября был награжден орденом Святого Георгия 3-й степени.
Уже с первого месяца войны отмечалось большое количество раненых, госпиталей не хватало, значительную помощь в организации помощи раненым стало оказывать земство, по всей стране стали открываться лазареты. «10 сентября в городе Старом Петергофе, на территории л.-гв. Драгунского полка, произошло торжественное освящение лазарета для раненых, устроенного на соединенные средства петергофского земства. Благодаря крайней отзывчивости и любезности жены командира л.-гв. Драгунского полка графини Нирод, предоставившей под лазарет весь свой дом, и отзывчивости коменданта города Петергофа князя Вачнадзе, разрешившего занять под лазарет двухэтажный дом офицерских квартир, удалось устроить помещение для 100 раненных русских воинов» .
Штаб Юго-Западного фронта планировал захват Силезии, и с этой целью предписал 4-й армии овладеть районом Ченстохова, а 9-й армии обеспечить эту операцию в Краковском направлении.
«Командирам батальонов, начальнику команды разведчиков
от командира 148 п. Каспийского полка от 30 октября 1914 г.
Сведений о противнике нет. Левее нас 3-я кавказская казачья дивизия и 21-й армейский корпус, о них тоже сведений нет. Сегодня наш корпус переходит в направлении к Кракову. Полковнику Салькову выстроить полк в походной колонне в 9 ч. 30 мин. утра головой колонны у штаба полка и двинуться вслед за проходом артиллерии на д. Пянтковец и далее. Большой привал до 1 часу дня в Радомысле.
Полковник Искрицкий».
3-го ноября русские войска перешли в наступление и нанесли удар по главным силам 4-й австро-венгерской армии, расположившиеся на левом берегу Вислы. Немецкое командование, усилив австрийские и немецкие армии, решило перейти в контрнаступление. 4-го и 5-го ноября бои на ченстоховском направлении приобрели тяжелый характер, 6 ноября 2-я австрийская армия генерала Э. Бем-Эрмоли стала охватывать правый фланг 4-й армии, а 1-й австро-венгерской армии генерала Данкля удалось прорваться на стыке 4-й и 9-й армий. Русские армии, обороняя каждый рубеж, начали отходить. Ввиду серьезности положения 9-й армии штаб Юго-Западного фронта направил часть сил 3-й армии в помощь генералу Лечицкому. В ходе дальнейших боев прорыв австрийских войск был ликвидирован, и русские армии перешли в наступление. «10 ноября 4-я и 9-я армии отразили неприятеля по всему фронту <…> 11 ноября особенно успешно действовал левый фланг 9-й армии — XVIII армейский корпус. У Циборовице XVIII корпусом взято было свыше 3000 пленных».
В это время в командовании Каспийского полка произошли изменения. Приказом начальника 37-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Зайончковского с 21 ноября 1914 года командиром 148-го пехотного Каспийского полка был назначен полковник В.Н. Колюбакин, бывший до этого начальником штаба 23-й пехотной дивизии. Владимир Николаевич Колюбакин был кадровым военным, окончившим 2-й кадетский корпус, Михайловское артиллерийское училище и Николаевскую академию Генерального штаба, принимавшим участие в русско-японской войне и имевшим боевой опыт.
А бывший командир Каспийского полка полковник Евгений Андреевич Искрицкий стал командиром л.-гв. Павловского полка. Примечательно, что бывшие командиры Каспийского полка — и полковник К. Шильдбах, и полковник Е. Искрицкий — стали командирами престижных гвардейских полков. Конечно, здесь играло роль то, что их хорошо знал Николай II, как командиров полка, квартировавшего в императорской резиденции. Но такие назначения свидетельствуют и о высоком престиже самого Каспийского полка, о его хорошей боевой выучке и подготовленности.
Армии Юго-Западного фронта стремительно наступали к Кракову, тесня противника. Австро-венгерские армии отступали по обоим берегам Вислы до линии Кракова. Однако из-за тяжелого положения русских армий Северо-Западного фронта наступление войск было приостановлено. Немецкое командование, перебросив из Франции свежие корпуса, перешло в новое наступление против русских войск на Северо-Западном фронте. Развернулись упорные бои, сопровождавшиеся тяжелыми потерями с обеих сторон. 5 декабря попытались перейти в наступление и австро-венгерские армии, но в ходе четырехдневных боев их наступление было остановлено. Каспийский полк упорно оборонял позиции на реке Нида, готовясь к дальнейшему наступлению.
«Приказ по 37-й пехотной дивизии
№ 2064
Смогоржов. 14 декабря 1914 года. 7 ч. вечера.
Командир корпуса приказал вверенной мне дивизии, имея одну бригаду в корпусном резерве, другой бригадой занять участок позиции от высоты 145.9, что восточнее пос. Собкова, включительно, сменив на этом участке 3-ю Гренадерскую дивизию.
2) Полковнику Колюбакину (148-й пех. Каспийский п., 1-й дивизион 37 арт. бриг.) занять и оборонять участок позиции от вышеназванной низины до д. Уменовице включительно. Ввиду обширности назначенного мне для 8-ми батальонов участка характер всей обороны должен быть исключительно артиллерийский; пехота же, оберегая артиллерию, должна зорко следить за всем берегом, отражая особенно ночью все попытки противника к переходу и утверждению на нашем берегу реки Ниды.
Командующий дивизией
Генерал-лейтенант Зайончковский».
9-я армия, перейдя в наступление, выбила части 1-й австро-германской армии со Скавронского массива, и, нанеся австрийцам чувствительное поражение в боях под Новым Корчином 10–15 декабря, отбросила их за реку Ниду. «В боях у Нового Кочина частями XVIII армейского корпуса <…> захвачено 1 генерал, 147 офицеров, 11 500 пленных, 5 орудий и 20 пулеметов». В 20-числах декабря в Карпатах выпал снег, боевые действия приостановились, людские силы были истощены, стала ощущаться и нехватка боеприпасов. Русская ставка прекратила наступление. Об участии Каспийского полка в боях с сентября по декабрь 1914 года было указано в проекте приказа по дивизии.
«Проект
Приказ по 37-й пехотной дивизии
дер. Петрковице.
Объявляю перечень боев, в которых участвовали войска вверенной мне дивизии с 7-го сентября по 12-е декабря 1914 года.
В перестрелке на Вислоке 9–11 сентября участвовали части 145, 146 и 148-го пехотных полков.
В перестрелках при расположении на правом берегу Вислы с 22 сентября по 15 октября участвовали 145, 146, 147 и 148-й пехотные полки.
В бою у д. Павловице и Павловска Воля 15 октября участвовали части 147 и 148-го пехотных полков и 37 артиллерийская бригада.
В бою у Тарлова 16 октября участвовали 146, 147, 148-й пехотные полки.
В бою под Сандомиром 19 и 20 октября участвовали 145, 146, 147, 148-й пехотные полки.
В бою за высоту 2243 11 ноября участвовали части 147, 148-го пехотных полков и 37 артиллерийской бригады.
В перестрелке при отходе дивизии за реку Ниду с 1 по 5 декабря участвовали части 145, 146, 147 и 148-го пехотных полков».
Газеты петергофского уезда регулярно сообщали своим читателям о наградах и чинах, пожалованных офицерам и нижним чинам Каспийского полка. «Петергоф. Квартирующему у нас 148-му пехотному Каспийскому полку, приобретшему себе боевую славу в японскую войну, выпала доля вновь отличиться в нынешней войне. В объявленных высочайших приказах по военному ведомству значится, что за отличие против неприятеля всемилостливейше пожалованы ордена: Св. Георгия Победоносца подпоручику Павлу Григорьеву, Георгиевское (Золотое) оружие бывшему командиру полка полковнику Евгению Искрицкому и произведены в полковники — подполковник Синкевич, в подполковники — капитан Ковесский, в подпоручики — зауряд-прапорщик Даниил Баушин».
Как и в японскую войну проводился сбор теплых вещей, сахара, чая и табака. Посылки принимались в здании городской ратуши, в гимназии Веры Павловой, в доме Денисова в Егерской слободе и в доме М. Петровой на Знаменской улице. Посылки для Каспийского полка можно было передать через казначея полка, давшего объявление в газету: «На днях уезжает на передовые позиции казначей 148 пехотного Каспийского полка М.В. Андреев. Желающие отправить посылки в этот полк благоволят доставить их в редакцию “Нового Времени” не позже 29 октября». В эти же дни в помещении петергофской городской ратуши Комитетом всероссийского союза городов был оборудован новый лазарет на 100 коек.
Кампания 1914 года явилась проверкой боевых сил и возможностей всех участников войны. Германский план молниеносной войны полностью провалился, австро-венгерские и германские войска потерпели поражение на всех театрах войны. Сама война приобретала затяжной, позиционный характер и обе противоборствующие стороны стали готовить планы на 1915 год.
Страницы: 1 2 3 4 5

Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/h903125084/chest-imeu.com/docs/components/comments/frontend.php on line 156
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

← Назад

Интернет-проект "Честь имею"/Военный Петергоф. kaspiec.148@mail.ru. 8 (916) 509-01-59